Догвилль | Dogville

При двухчасовом просмотре фильма датского режиссера Ларса фон Триера «Догвилль» я все ждала катарсиса, того божественного очищения, на появлении которого так настаивала наша преподаватель по эстетике, дав нам в качестве задания на выходные посмотреть это кинематографически-театральное полотно. Катарсиса со мной, признаться, не случилось, а сразу же после появления по завершению фильма титров, сопровождавшихся веселой музыкой и фотографиями, долженствующими напомнить нам о героях этого маленького тихого городка, мои пальцы побежали по клавиатуре в поисках информации, отзывов и прочих вещей, которые нужно узнавать до просмотра, а не после.

 Кроме восторженных воскликов о гениальности и шедевральности сего киноизделия, были и очень интересные мысли, проведение параллелей между многострадальной дочерью могущественного мафиозного босса Грейс (в исполнении Николь Кидман) и, ни много, ни мало, Иисусом Христом, сыном Божьим, ниспосланным на нашу бренную землю во имя искупления грехов всех поколений, когда-либо обитавших и обитающих на ней. Догадки об условности придуманного режиссером городка в горах Догвилля, которую он выразил нарочитой театральностью всего происходящего – в фильме нет ни одной декорации, кроме инвентаря, производящего впечатление стащенности из соседнего закулисья, все стены между домами и комнатами отсутствуют, показывая открытость всех и вся в маленьком городке, где все всегда всем видно и слышно, кусты крыжовника и лающая собака нарисованы мелом на полу и любезно подписаны рабочим сцены, ну а от дверей остались лишь звуки стука и скрип петель, – тоже были прямым попаданием в точку. 

Но несмотря на возможность усмотрения в этом фильме гениальных и таких нуждающихся в свежем воплощении идей, фильм мне не  понравился. Не потому, что игру Николь Кидман можно назвать кукольной, или персонаж Тома Эдисона-младшего в отличном исполнении Пола Беттани чрезмерно надрывным, нет. Оба сыграли свои роли великолепно. Как, впрочем, и остальные актеры в фильме – неотразимая Лорен Бэколл в роли мамаши Джинджер, Харриетт Андерсон в роли Глории и остальные жители городка, включая даже семерых детей Веры. Не потому, что символы и параллели слишком ясны и не требуют больших умственных усилий для их обнаружения – главная улица городка – улица Вязов, судьба семерых детей Веры и семи статуэток, которые заработала своим тяжелым трудом Грейс, и большой мафиозный босс в роли Джеймса  Каана, исполнявшего роль Сонни в «Крёстном отце», хорошо, что они есть, их разгадка принесет хоть какой-то лучик радости на протяжении всего фильма.

И не из-за чрезмерного морализаторства и этических метаний героини, отважно (хоть это меня лично немного раздражало) принимающей все удары судьбы и издевательства над ней, вовсе нет. К тому же конец терзаниям героини, а заодно и зрителя на протяжении 177 минут, приходит вполне, на мой взгляд, логичный и понятный. Я бы удивилась, если она поступила как-то по-другому, сжалилась над своими бывшими «друзьями» и оставила все, как есть.

Фильм не понравился по вполне банальной причине – он слишком мрачный, он выливает гнетущую атмосферу единственной улицы  Догвилля, Собачьего города, на зрителя, оставляя вязкое, прилипающее к нёбу послевкусие. Конечно же, собрать такой условный антиамериканский образ жителей праведного американского городка и обнажить их истинную сущность (как, впрочем, и сущность чуть ли не половины всего человечества), это очень нужно, очень, как сказал бы Томас, поучительно, и это остается злободневным на все времена. Но вопрос в другом – зачем это делать? Разве, выходя на улицу из дома, мы видим настолько веселые и радужные радующие наш взор и успокаивающие наше сознание картинки, что нам нелишним было бы напомнить о том, какие люди волки и как они готовы растерзать не только левую, но и правую, любезно подставленную, щеку ближнего? Все равно Грейс заканчивает свою историю в этом городе так, как ни один уважающий себя мученик не позволил бы себе поступить. Овцы и волки пляшут в хороводе, постоянно меняясь одеждами, так что ни о какой библейскости фильма речи быть не может.

Каков был моральный посыл Триера, и был ли он вообще? Посылал ли нам режиссер смысл в этом фильме, или он просто поиздевался над зрителем, играя с их чувствительностью, и поэкспериментировал с постановкой (или, может, просто сэкономил), решать все равно остается нам. Но смотреть этот фильм рекомендуется не всем, гипервпечатлительным натурам точно не нужно, разве только они не являются поклонниками творчества Триера, или искателями катарсиса в маргинальном современном кинематографе.