Секс и философия | Sex & Philosophy

23.10.2007 15:02

В понедельник, 22 октября, в рамках кинофестиваля «Молодость» в Киеве был представлен фильм Мохсена Махмальбафа «Секс и философия» — рассказ о 40-летнем хореографе, решающем в день своего рождения собрать вместе четырех любовниц и поведать им о своей любви, или о том, какую любовь дали ему, и пофилософствовать между танцевальными па и нажатиями на кнопку секундомера. 

Ночной Душанбе, сорок свечей, заженных под лобовым стеклом в честь своего дня рождения, обзвон четырех подруг-любовниц, с которыми связывает нечто, похожее на любовь — кусочки той большой любви, исчезновения которой так боится главный герой. Поскольку «большой и чистой любви» он не нашел, приходится собирать ее по частям — красивым, незавершенным и полунаполненным незатейливым смыслом. 

Собственно, из-за этого незайтеливого смысла, фильм и не был принят у нас так, как мог бы быть. Половина пришедших в зал ожидала заявленных (как им казалось) секса с промежуточным сумбурным философствованием, пробирающимся сквозь мерное курение после бурного акта любви, вторая половина возложила надежды на слово «философия» и не прогадала: философии в фильме предостаточно — она вне секса, между сексом и вместо секса (слово «секс» употребляется в разных значениях). Только вот для этой второй половины фильм может показаться скучным.

Философия тут проста, как дважды два — тут не надо морщить лоб и косить глаза, напрягая память, над словами «трансцендентно», «конгруэнтно» или «релевантно», не надо восклицать бурное «ах вот оно что!», заблудившись в размазанных догадках или домыслах, тут просто нужно сесть услышать. Восточная мудрость — это не западная заумь, это спокойное перетекание мысли в образ, а образа — в сравнение, провозглашаемое тихим голосом, хоть и по нескольку раз, но все же ненавязчиво и тонко: нужно жить каждый день, как последний, как бабочка-однодневка, она не успевает замерять счастливые отрезки времени секундомером Чехова, внука Толстого или сына Сталина, а любовью надо делиться, а не разбрасываться, как надоедливыми листьями или стульями в окно.

Поэтому тем, кто ищет неистовое сексанье (к слову, сказать, совершенно зря — в оригинале фильм называется «Любовь и философия»), сдобно приправленное натужной мыслительной рябью, лучше идти на каких-нибудь пубертатно-пошловатых «Мечтателей», а любителям сложных головоломистых лент — welcome to «Малхолланд Драйв». В «Сексе и философии» нужно просто спокойно наблюдать красивое течение кадров (каждый из них выхолен и вылелеян заботливым иранским режиссером, да так, что глаз не нарадуется этому ежесекундному празднику золотого сечения и эстетики), и слушать. Слушать не только ушами. Слушать сердцем, которое хоть и тук-тук-тук, но понимает порой больше, чем мы можем себе представить.